пятница
19 октября 2001
№42
mosoblpress.ru
Троицкий вариант
рубрики
 Главная
 Коротко
 В городе
 Актуально
 Спорт
 Культура и наука
 Память
разделы
 Отзывы читателей
 Давайте обсудим
 Поиск по газете
 О газете
архивы
<<  Май 2008  >>
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31

 
Культура и наука
Вероника Долина в Доме ученых
Константин РЯЗАНОВ


"Я сделала такую специальную работу: диск "Табак" памяти Окуджавы, песенки, которые он любил, еще что-то собрала Ну, сейчас я, конечно, успокоилась - в чем-то. Прошло четыре года. Но у меня есть масса недоумений в нашей жизни. Среди них есть очень волшебные недоумения. И горькие. Сладких мало. Я просто продолжаю быть печальнейшим образом озадачена тем, что нет памятника на могиле Окуджавы. Я ничего не понимаю! Он был ужасный, конечно, нонконформист, но... Как же так! Все равно - как же так!"

Женщина, которая летает
Не успела Вероника Долина появиться на сцене Доме ученых и начать свою программу "Мой дом летает", как в зале раздались крики: "Прекратите! Замолчите!" Но адресовались они не поэтессе с гитарой, а двум молодцам, которые устроились в самом центре с пивом в руках и, судя по всему, собирались весело провести время. Вполне возможно, что они ожидали здесь увидеть другую Долину - Ларису (которая - "суперсистема шесть"). Так или иначе, но пыл их был охлажден, и час спустя один из них нетвердой походкой подошел к сцене и положил к ногам исполнительницы цветы.
"Крылья" и "полеты" присутствуют в ее текстах в явной и неявной формах. И вместе со своими героями летает и парит сама автор. Парит над суетой, пошлостью, обыденностью. Но она - "женщина, летающая трудно", и к "дышащим легко" у нее свои претензии. Причем, ей одинаково "трудно дышать" как при "советском застое", так и при "совковом капитализме". С этого и началась наша беседа.

- Вероника Аркадьевна, 22 года назад Вы написали:
Гололед - такая гадость...
Не боюсь его нисколько.
Я всю жизнь иду по льду.
Упаду! Сегодня скользко.
Непременно упаду!
А сегодня Вам не скользко? Боитесь упасть?
- Боюсь! Скользко! По-другому, но скользко и неуверенно. И все мои попытки как-то твердо стать на ноги ни к чему практически не привели.
- Еще Ваша цитата тех лет:
Тают денежки мои,
И идеюшки мои,
И надеюшки мои...
А как сегодня с "денежками-идеюшками-надеюшками"?
- Все так же! Абсолютно. Сколько угодно тают - ежедневно и по массе раз. Иллюзии разбились все вдребезги. Надежды... Вообще это слово не переношу. Мне ближе "иллюзии", "фантазии". Слово "надежда" - советски опошлено, я его недолюбливаю. И уж чего нету - так это надежд.
- Галич в Париже трагически погиб и похоронен, у умирающего Высоцкого в кармане лежали авиабилет и французская виза... "Не пускайте поэта в Париж! Он поедет, простудится - сляжет..." Вы это написали за 17 лет до болезни и смерти Окуджавы в Париже. Это что: пророчество, мистика, судьба?
- Наверное, и то, и другое, и третье. Всё очень просто: таков механизм судьбы. Стихи очень часто попадают. Ничего не поделаешь.
- Галич Вашими словами спрашивает: "Какой же в истории Вас беспокоит аспект?" Как бы Вы сами ответили на этот вопрос?
- Человек и Власть.
- А конкретное время? Говорят, Окуджаве нужно было родиться в девятнадцатом веке...
- Сердечно меня очень сильно трогает Средневековье. Может быть, что-то из раннего Средневековья, а что-то из позднего - чуть ближе к Возрожденью. Когда просвещение было особенным, когда пантеизм еще существовал. Понимаете, мне это дорого. Я ужасно боюсь и ненавижу всяческую ксенофобию, всяческое объединение под ложными флагами. Я люблю самостоятельного человека и самостоятельного художника, каким, в моих глазах, был средневековый художник.
- Ваше посвящение Галичу "Былое нельзя воротить..." - это аналогия с "Окуджавой - Пушкиным", или с Александром Аркадьевичем Вы действительно встречались?
- Нет-нет. Я его не знала и не видела.
- У Вас посвящений Высоцкому больше, чем кому-либо.
- Да, так получилось.
- Оказал ли он влияние на Ваше творчество? [Здесь я, каюсь, слукавил и не сказал, что этот вопрос уже задавал 10 лет назад. Тогда Долина ответила на него отрицательно.]
- Наверное. Какое-то - да. Во всяком случае, пронзительность его для меня была очень важна. Пронзительность, неприкрытость и очевидная одаренность работы со словом. Но вот эта беззащитная пронзительность... Она меня в 80-м году, когда не стало Высоцкого, по-особенному трогала.
- Как Вы относитесь к музею Высоцкого? Он нужен?
- Он существует. Но идеи музеев мне не близки. А вот памятник... Какая-то глыба каменная или бронзовая, которая запечатывала бы надгробие - мне это как-то дорого, мне это важно. А музей - нет.
- Ю.Трифонов отбивался от критиков за "бытописательство". Приходилось ли Вам защищать тематику (назовем ее "женской"), с которой Вы первая пришли в авторскую песню?
- Нет, никогда. Мне она приписывается, но на самом деле я бываю и в стороне от этого, и над этим. Но я не корю себя, когда я бываю внутри этого.
- Можно ли считать Е.Яровую, Е.Казанцеву, Н.Дудкину Вашими последователями?
- Ни в малейшей степени. Я считаю, что это совершенно самостоятельные фигуры. К текстам Кати Яровой я всегда была очень критична. Тексты Лены Казанцевой мне нравятся чрезвычайно, но, к сожалению, есть некая монотонность, и больше всего меня угнетает не очень широкий размах крыл, хотя ее люблю и ценю выше всех перечисленных. Не помню, пишет ли Наташа стихи сама как таковые. Она милая, прехорошенькая женщина, но... Тут у меня "но" и многоточие.
- Спасибо большое. Приезжайте к нам еще!

19.10.2001

Написать отзыв

 
 

наверх  
  Главная Ассоциация Районы Газеты Ссылки Контакты
  Главная тема О чем задумался депутат? Пятый угол Конфликт Власть

      © Ассоциация "Провинциальная Пресса", 2001-2003
      Разработка и поддержка: SFT Company

 
Rambler's Top100 Rambler's Top100

This site was grabbed using the TRIAL version of Grab-a-Site. This message does not appear on a licensed copy of Grab-a-Site.